» Интервью
Рецензии
Интервью

 

«Я ПРЕКЛОНЯЮСЬ ПЕРЕД АКУШЕРАМИ»

"Роды.РУ"
№2, февраль 2005


Мы часто забываем о том, как важно настраивать себя на лучшее, и впадаем в уныние. Благо, примеры окружающих людей напоминают, что за полосой неприятностей всегда наступает полоса счастья и наград за оптимизм. Как тут обойтись без патетики, ведь героиней этого номера стала счастливая молодая мама, актриса Ирина Линдт, которую знают по работам в Московском Театре на Таганке и мюзикле «Норд-Ост». А еще Ирина – первая русская актриса, приглашенная играть на японской театральной сцене. При этом нужно учесть, что традиция театрального искусства в «стране восходящего солнца» специфична, сложна и необычна для европейцев.

18 ноября у Ирины Линдт и замечательного актера Валерия Золотухина родился сын Иван. Перед выпиской из родильного дома № 11 Ирина пообщалась с нами и рассказала о своей беременности, рождении сына-«богатыря», сложных моментах прошлого и светлых надеждах на будущее.


- Ирина, как вы узнали о беременности?

- Это было накануне моих гастролей с мюзиклом «Энни», в котором я играла одну их главных ролей. Мы должны были ехать в Ростов. Первое УЗИ ничего не показало. Я сдала кровь на ХГЧ. На следующий день позвонила уже из Ростова-на-Дону, и мне сказали, что результат положительный. Невозможно описать, что я почувствовала, тут весь набор чувств: и радость, и растерянность… Хотя, конечно, это желанный ребенок. У нашего папы реакция была такая же.

- Как вы себя чувствовали во время беременности?

- У меня все прошло удивительно легко, без всяких сложностей. Мы ни разу не заболели. Землю грызть не хотелось, мел не ели, соленые огурцы тоже. У меня не было каких-то бешеных гастрономических пристрастий. Только во время токсикоза сильно хотелось есть, потому что еда сбивала тошноту. Пугают обычно, что кожа портится, волосы лезут, ногти ломаются, превращаешься к концу в нечто. Ничего подобного у меня не было, внешность изменилась, скорее, в обратную сторону: кожа на лице стала лучше, волосы вообще перестали выпадать. Это, конечно, подробности, но женщинам действительно важно знать, что внешность ухудшается далеко не всегда. Мне все говорили: «Как ты бегаешь? Ты такая шустрая!»

- Многие женщины «в интересном положении» кардинально меняют свой образ жизни, придерживаются каких-то правил. У вас была своя система подготовки к рождению ребенка?

- Я стараюсь всегда честно выполнять все правила, это для меня некий залог спокойной совести. Надо есть творог, значит, я ела творог. Я вообще не пила, не курила, хотя и так не имею этих привычек. Мы все время зарядку делали. Набрала я, правда, много – 19 кг. Я хотела рожать сама, поэтому, чтобы не набирать вес, в последнее время ела яблоки, морковку... Даже не знаю, почему Ваня у меня такой большой получился – 4380 г и 56 см!

- А какими еще способами вы боролись за стройность? Фитнесом для будущих мам занимались, в бассейн ходили?

- На занятия по фитнесу я не ходила, все делала домашних условиях. На шпагат мы спокойно садились до девятого месяца. Сядем на поперечный шпагат и сидим себе, но потом уже не стала этого делать - страшно. В бассейне, конечно, мы регулярно плавали. Ваньке очень нравилось плавать: я плыву, и он там плавает.
Он, как комочек, внутри собирался. Встанешь из воды, а он где-то выпирает, такие необычные формы на животе. Ближе к концу беременности уже ныряешь в бассейн и всплываешь, как поплавок. Это было очень смешно.

- А вы заметили какие-то изменения в своем характере, в самоощущении?

- Я такая дурочка стала! Во время беременности становишься сентиментально-банальной, превращаешься в ребенка. Я заметила: мне хотелось того, что у меня было в детстве. Мама спрашивала, что мне приготовить, и почему-то вспоминалось все то, чем кормили в детстве. Даже сейчас сижу с Ванькой до 12 вечера, чтобы покормить его, и смотрю канал «Спорт». Там идет футбол или хоккей – это вызывает у меня ассоциации из детства, потому что на этом канале звук очень ровный, нет рекламы. В детстве мы всегда под трансляции футбольных матчей засыпали. Папа смотрит какой-нибудь чемпионат, а нас, вроде как, спать положили. Я тогда была болельщицей: под кресло заберусь и смотрю, пока гол не забьют. А когда начинаю кричать: «Гол!», меня опять гонят спать.

- Валерий Сергеевич вас поддерживал во время беременности, заботился о вас?

- Очень хорошо заботился. Это выражалось в бережном отношении, в том, как человек с тобой разговаривает. Он всегда разговаривает нежно и ласково, но в это время - особенно. Надо знать его график работы - это же сумасшедший дом, с утра до вечера все забито. Но он регулярно возил нас в бассейн, когда я сама уже водить машину не могла. Он волновался за нас, тревожился больше обычного. Все нам покупал - всякие вкусности, фрукты. Рядом с ним было ощущение абсолютной защищенности, уверенность, что все равно все будет хорошо.

- А страхи беременности у вас были?

- У меня были. Я все время боялась, вдруг там что-то не так будет. Хотя чего ради? Внутренне я была уверена, что у меня все будет хорошо, но иногда были мимолетные вспышки страха. Вот моя сестра была абсолютно уверена во время беременности, что все будет хорошо. У всех женщин разное самоощущение, может быть, играет роль возраст. Я не скажу, что я «старая», это в роддоме я - «старородящая». Но когда ребенок долгожданный, конечно, больше переживаешь и волнуешься. А вообще, надо ходить спокойно и знать, что все будет хорошо.

- Валерий Сергеевич ходил с вами на приемы к врачу, на УЗИ?

- На трехмерное УЗИ мы ходили вместе. Ваня сразу показал нам, что он мальчик, что все у него в порядке. Правда, личико не показал, закрывал его руками и ногами - никак не получалось его разглядеть. Он чесал лоб ногой и принимал позу мыслителя. Врач-узист даже сказал: «Веселое личико, веселое». У нас фотографии и видео трехмерного УЗИ есть, правда, они не очень четкие.

- Будущие мамы обычно настраивают себя быть «мамой мальчика» или «мамой девочки». А вы?

- Вот удивительно. Еще до того, как узнала пол, я думала, что хочу девочку. Она всегда как-то маме ближе, а мальчишки вырастают и начинают жить более обособленной жизнью. И у Валерия Сергеевича уже есть два сына. Я не могу сказать, что он хотел девочку: лишь бы с ручками и с ножками, а мальчик или девочка – все равно. И когда мне сказали, что это мальчик, я даже как-то за себя расстроилась, что Ванька там обидится на меня, ведь он уже был мальчиком, а я думала: «Пусть будет девочка». Но нет, не обиделся и не беспокоил меня вообще.
Действительно, как можно хотеть мальчика или девочку?! Для матери это невозможно. Вот сейчас на него смотришь и думаешь: «Только такой и должен быть».

- Как вы подбирали Ване имя?

- Долго думали, но уже месяца за два до родов пределились, что будет Ванька.
Были варианты. Например, Санька. Но, говорят, сейчас это самое популярное имя: везде Саньки, и девочки, и мальчики. Мой папа, когда ждали меня, хотел мальчика Димку. Потом, когда моя старшая сестра была беременна, он опять ждал Димку, а родилась девочка Диана. И вот, когда я узнала о беременности, я ему позвонила и говорю: «Ну что, дед, радуйся, внук у тебя будет!» Он отвечает: «Наконец-то, Бог
надо мной сжалился! Ну что, Димка?» Но Димкой тоже не стали. Антошка, Никита… все как-то не подходило. А тут подумали: Ванька. И так это было тепло и просто.
И значение имени - «дар божий», «божья милость». В ноябре, по-моему, шесть именин Иванов. Да и звучит хорошо – Иван Валерьевич. Мне принесли церковную книжку про имя Иван. Там есть история про Ивана Златоуста, а у нас Иван Золотухин. Папа наш сказал, что, если бы была девочка, он бы меня и не спрашивал, как назовем. По-моему, назвал бы Анной.

- Ирина, когда Ваня еще был в животике, вы с ним как-то общались?

- А как же, конечно! Каждый вечер мы с ним разговаривали, обсуждали, как прошел день, музыку слушали. Читалось нам мало почему-то. Я не могла долго сидеть в одном положении, на спину не ляжешь, на бок - неудобно.

- Во время беременности женщины стараются подготовиться к родам, к новой роли «мамы», буквально «учатся». Как вы собирали информацию?

- Я настраивалась, ходила в школу мам. Мне понравилось в школе, которую я посещала, потому что эти занятия дают какую-то уверенность. Ты готовишься, ты знаешь, как дышать в родах, ухаживать за ребенком. Единственное, что я хотела бы пожелать всем школам для будущих родителей – учитывать, что к ним могут приходить совершенно разные люди со своими ситуациями, а школы обычно рассчитаны на заранее благополучную маму. Например, у меня миопия минус 8, и я не знала, разрешат ли мне рожать самой, а мне в школе говорят, что самостоятельные роды лучше, чем кесарево. Начинаешь больше переживать. Надо стараться учесть все ситуации, потому что женщины становятся очень уязвимыми психологически.

- Ирина, вы – актриса, а беременность в определенной мере нарушает актерские планы из-за специфики профессии. До какого месяца вы работали?

- Я должна была играть Настасью Филипповну у французского режиссера в РАМТе.
Планировалась поездка в Японию и гастроли – это, опять же, отменилось. Многие планы нарушились, но ребенок не идет ни в какое сравнение с ними, поэтому я не жалею. На третьем месяце я еще играла в спектакле Театра на Таганке «Марат и маркиз де Сад». А там, в общем-то, присутствуют элементы акробатики, даже на голове стоять надо. И ничего страшного. Свой организм чувствуешь, понимаешь, что можешь делать, а что нет. У меня как-то получалось слышать себя. Дальше была работа попроще. То съемки, то концерты…

- Актерская профессия предполагает гастроли. Вы ездили на гастроли, когда ждали Ваню?

- Да. В самом начале ездила в Ростов-на-Дону, в три месяца - в Хорватию с Театром на Таганке, потом мы были на Алтае. На самолетах летали на третьем и на четвертом месяце.

- При такой активности, вы, наверное, и на море отдыхали с животиком?

- В четыре месяца мы с подругой ездили в Форос на поезде. Но животика тогда еще не было: вроде как толстенькая, но, что беременная, видно не было. Подруга опережала меня на месяц по сроку беременности. Когда мы приехали на море, температура воды была 14°С. А нам обеим очень полезно плавать: мне - из-за травмы позвоночника, а подруге – из-за проблем с венами. Поэтому мы выбрали дом отдыха, в котором есть бассейн с морской водой. Но врачи нам сказали, что в этот бассейн нам не надо, по-видимому, он был не очень чистый. Мы с Ванькой много стишков на море написали и письма в стихах по телефону папе нашему. Сначала мы писали про холодное море:

Мы с малюсенькою крошкой
Будем есть сейчас окрошку,
А как только все съедим,
Под навесом полежим
Возле моря ледяного
Неприветного такого…
Спрятав розовое тельце
Под махровым полотенцем… и т.д.

а потом:

Вот ведь, Деди, что случилось, не поверишь никогда
За ночь все переменилось: в море теплая вода!
Мой сонет, наверно, волны донесли до Посейдона,
Разом теплые теченья поменяли направленья,
И теперь мы с карапузом
Плаваем туда-сюда,
Лижут пузо нам медузы,
В море теплая вода!

- Здорово! А нам рассказали, что Валерий Сергеевич после появления Вани на свет пел в родильном отделении. Какие это были песни?

- Когда мне делали кесарево, он находился в соседней палате. Потом он зашел и запел: «Счастье вдруг в тишине постучалось в двери…» Я говорю: «Вот видишь, не знал, о чем пел столько лет назад». Еще он пел «Ходят кони над рекою». Вот хорошая колыбельная у нас будет.

- Вы рожали путем кесарева сечения?

- В совокупности всех показаний мне решили сделать кесарево сечение. Если бы Ваня был меньше, я бы попыталась родить сама. Врач Юлия Владимировна Рогова, которая вела меня по контракту с 36-й недели, и главный врач Татьяна Зосимовна Овешникова, которая делала кесарево, сказали мне: «Раз такой крупный плод, лучше сделаем кесарево сечение – нам нужен здоровый ребенок».

- Кстати, Ирина, а как вы выбирали родильный дом?

- В школе для будущих мам я услышала, что есть 11-й роддом, который специализируется на миопии. Наверное, нет роддома дальше от моего дома, чем этот. Недалеко от дома на Ленинском проспекте есть роддом, рядом на Профсоюзной находится Центр Планирования Семьи и Репродукции, возле Черемушек неплохой роддом. Но, чтобы совесть была чиста и спокойна, я решила рожать в 11-м роддоме: существуют же для чего-то роддома со специализацией.

- Какие у вас были ощущения, когда вы впервые увидели сына?

- Это, конечно… не поймешь, что такое счастье материнства, пока не держала на руках собственного ребенка. Даже во время беременности этого не понимаешь, хотя есть какие-то ощущения, особенно, когда ребенок шевелиться начинает. А новорожденный малыш - это действительно чудо. Я просто преклоняюсь перед акушерами-гинекологами, у них ведь ужасно тяжелая работа. Днем ли ночью раздается звонок, и врач едет на роды. Для них это привычная работа. А ведь этих людей каждая женщина не забудет до конца жизни. Я всегда буду помнить лица Татьяны Зосимовны, Юлии Владимировны, Нины Николаевны, Ванькиного первого врача.
Эти люди для тебя просто святые, потому что в их руках твой ребенок.

- Как вам кажется, на кого Иван сейчас больше похож?

- Я его в первый раз не рассмотрела по-настоящему. Поэтому мне все рассказывали, что сразу после родов Валерий Сергеевич сказал: «Какой здоровый, грудь колесом!» Только потом, когда я сама начала пеленать Ваню, тогда уже все разглядела. Мне кажется, что все-таки он больше похож на папу. Сейчас каждый видит в нем то, что хочет. Посмотрим, когда подрастет.

- Полученные во время беременности знания об уходе за ребенком вам пригодились на практике?

- Когда в первый раз держишь в руках пеленки, чувствуешь себя глупо. В самые первые моменты боишься до ребенка дотронуться, не знаешь, как держать головку, а он руками-ногами сучит. Так страшно, боишься навредить ему. Правда, это быстро проходит, уже через день привыкаешь.

- Вы уже знаете, что папа подарит вам с Ваней на выписку?

- Он нам везет из Праги какое-то уникальное автокресло, в котором можно ездить до 9 лет. Мы бы уже давно выписались, но решили его дождаться, пока он прилетит с гастролей и заберет нас из роддома. Юрий Петрович Любимов даже ему сказал: «Ну, скажи, пусть ее подержат там до твоего возвращения, нельзя нарушать традиции!»

- У многих театральных актеров растут «театральные дети», которые буквально живут в театре. Сколько времени вы собираетесь быть дома с ребенком?

- Время покажет. Жизнь настолько непредсказуема. Говорят: «Хочешь насмешить Бога, расскажи ему про свои планы». У нас работа появляется спонтанно: позвонили, пригласили на пробы. Утвердили - значит, работаешь. Во всяком случае, я планирую кормить Ваню грудью как можно дольше. Это лучшее, что я пока могу ему дать. Как долго, не могу загадывать: меня мама кормила месяц, сестру мою - три месяца, потом не было молока. Вообще, планы сейчас очень размытые. Раньше мне казалось, что няньки есть, я могу спокойно оставить ребенка с мамой или сестрой. Теперь это уже вопрос психологический: смогу ли я сама уехать от него? У моей знакомой девятилетний ребенок, но она говорит: «Как можно куда-то уехать от ребенка!» Три-четыре месяца я точно никуда не соберусь.

- Для актрис существуют определенные стандарты хорошей формы.
Напрашивается вопрос: как будете восстанавливать физическую форму?

- Я чувствую и вижу по себе, что уже довольно много скинула. На третий день после операции я начала качать пресс - мне показали, какие упражнения нужно делать. Каждый день ножки поднимаю, дыхательную гимнастику делаю. Через месяц уже можно будет идти в тренажерный зал. Естественно, диета: мясо, кисломолочные продукты, ничего сладкого, печеного, мучного. Это и для ребенка хорошо. Лучше себя ограничить, не съесть кисточку винограда, чем ребенок потом будет плакать.

- Какие качества характера вы хотели бы воспитать у Вани?

- Я поняла, что очень важно научить ребенка трудолюбию. Я пока не знаю, каким образом. Я не сторонник крайних мер, всегда ищу во всем золотую середину, ее нужно почувствовать интуитивно. Если человек умеет работать, трудиться, то, кем бы он ни стал, он добьется своего. Еще я считаю, что надо детей баловать в меру. Ребенок должен быть счастливым и ни в чем не нуждаться. Тогда у него, мне кажется, будет более благополучно с психикой. Хочется, чтобы он был счастливый.
Как это сделать, тоже не знаю, но буду стараться. Я читала на море книжки по системам воспитания, но все, что там пишут – такие аксиомы. Поэтому теперь, когда меня спрашивают: «Как будете воспитывать? По Споку?» Я отвечаю: «По-людски».

- С рождением ребенка поменялось ваше отношение к жизни?

- Тщеславие, карьерные соображения напрочь отпадают. Уже не думаешь: «Пойду сюда, они платят копейки, но зато это - искусство». Важно стало, чтобы можно было все дать ребенку, учить его в хорошей школе. Но с течением жизни все уравновесится. Раньше я делила свою жизнь на периоды «до травмы» и «после травмы». В такое время все в голове переворачивается, характер меняется. Я упала с декорации: у меня был перелом позвоночника, сотрясение, много других травм, делали операцию. Когда проходишь через физическую боль, приходит такой внутренний покой: суета исчезает, становишься реалистом. Сейчас на ОРТ снимают фильмы на эту тему: как люди восстанавливаются после травмы, возвращаются в профессию. Этот проект называется «Встань и иди». Летом один из этих фильмов снимали обо мне. Я была беременна, но взгляды были еще старые. Сейчас, уже после родов, меня просят доснять конец фильма, чтобы была хорошая «точка». Я понимаю, что половина из того, что я говорила летом, о своих взглядах на жизнь, уже не так… Я говорила, что «мне ничего не страшно, я понимаю, что мы все ходим под Богом, я фаталист...» Конечно, уже все смонтировано, но в последних кадрах я хочу признаться, что все ранее сказанное устарело. Сейчас я снова всего «боюсь»: я боюсь заболеть, боюсь, не дай Бог, заболеет Ваня. Сейчас мне хочется, чтобы все было очень хорошо. Раньше я отвечала сама за себя, а сейчас я нужна ему, а
мне нужен он.



www.rodi.ru/mag-rodi-1/int-irlindt.html

Новости
О себе
Творчество
Фото/Аудио/Видео
Пресса
Закладки
Обратная связь

 
English version